В семь этажей высотою волна
Вздыбит на гребень корабль и уронит,
Вот-вот разступится бездна до дна
И навсегда в глубине похоронит
Ветер вздымает громады воды.
Чтоб на корабль эту тяжесть обрушить,
Злой властелин взял правленья бразды,
Хочет навек поглотить наши души.
Море житейское; бури, шторма,
Катятся страсти волною цунами,
Ты не удержишь на румбе штурвал,
Море как хочет играется с нами.
Мачты ломает и рвёт паруса,
В злобе корабль твой на скалы бросает,
За полосой неудач, полоса
Новых несчастий и бед наступает.
Выстоять в этих бореньях нет сил,
Дух твой и тело всё изнемогает,
Господу Богу молись и проси!
Он, всем просящих Его, помогает.
Помнишь Апостолы в бедственный час
К Божьему Сыну в ночи возопили?
Сын Человечий услышал и спас,
Бездны морские их не поглотили.
Он безконечною силой любьви
В бури, житейские волны угасит.
Сердце твое благодатью обвив,
Истинной верою душу украсит.
С Божьей помощью прихожанин
Свято-Владимирского храма
Николай Токарь.
Николай Токарь,
Сидней. Австралия.
Родился, рос, жил и работал на Харьковщине.
Служил в армии на Камчатке.
Не имею, не состоял, не привлекался.
Разменял восьмой десяток. В браке состою уже 41 год
Имею дочь и троих внуков.
Живу в Сиднее с 1997г e-mail автора:Niko1938@gmail.com
Прочитано 9250 раз. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Пасхальная Мелодия - Олег Хуснутдинов Наверно, в продолжение Гармонии, явились эти строки в Светлое Воскресенье Христово. Поэтому не судите строго...
Да возрадуется душа наша о Господе!
Поэзия : 2) Огненная любовь вечного несгорания. 2002г. - Сергей Дегтярь Это второе стихотворение, посвящённое Ирине Григорьевой. Оно является как бы продолжением первого стихотворения "Красавица и Чудовище", но уже даёт знать о себе как о серьёзном в намерении и чувствах авторе. Платоническая любовь начинала показывать и проявлять свои чувства и одновременно звала объект к взаимным целям в жизни и пути служения. Ей было 27-28 лет и меня удивляло, почему она до сих пор ни за кого не вышла замуж. Я думал о ней как о самом святом человеке, с которым хочу разделить свою судьбу, но, она не проявляла ко мне ни малейшей заинтересованности. Церковь была большая (приблизительно 400 чел.) и люди в основном не знали своих соприхожан. Знались только на домашних группах по районам и кварталам Луганска. Средоточием жизни была только церковь, в которой пастор играл самую важную роль в душе каждого члена общины. Я себя чувствовал чужим в церкви и не нужным. А если нужным, то только для того, чтобы сдавать десятины, посещать служения и домашние группы, покупать печенье и чай для совместных встреч. Основное внимание уделялось влиятельным бизнесменам и прославлению их деятельности; слово пастора должно было приниматься как от самого Господа Бога, спорить с которым не рекомендовалось. Тотальный контроль над сознанием, жизнь чужой волей и амбициями изматывали мою душу. Я искал своё предназначение и не видел его ни в чём. Единственное, что мне необходимо было - это добрые и взаимоискренние отношения человека с человеком, но таких людей, как правило было немного. Приходилось мне проявлять эти качества, что делало меня не совсем понятным для церковных отношений по уставу. Ирина в это время была лидером евангелизационного служения и простая человеческая простота ей видимо была противопоказана. Она носила титул важного служителя, поэтому, видимо, простые не церковные отношения её никогда не устраивали. Фальш, догматическая закостенелость, сухость и фанатичная религиозность были вполне оправданными "человеческими" качествами служителя, далёкого от своих церковных собратьев. Может я так воспринимал раньше, но, это отчуждало меня постепенно от желания служить так как проповедовали в церкви.
